Женщины, особенно гулящие, обладают редкой способностью убить словом. Например: «Эдсел». В фильме «Русалки» героиня Шер, первая секс-бомба заштатного городка, могла презрительно отрезать: «Мне все ясно с этим мужчиной, он же - на «Эдселе». А шел всего лишь 1962 год, и «эдселы» перестали делать только за пару лет до того.

Так было и при жизни марки: в 1958 году Никсона, тогда вице-президента США, зачем-то понесло в Перу.
Так вышло, что его повезли в открытом «эдселе», он на свою голову приветствовал толпу стоя. Находчивые перуанцы закидали его гнилыми помидорами. «Да, они метили в машину!», - отбивался Никсон, вернувшись восвояси.

В истории американского бизнеса «эдсел» стало таким же нарицательным обозначением неудачи, каким в Европе для обозначения «аферы» служили «панама», а для кидка «вложиться в царские займы». Прежде всего, потому что для 50-х годов 400 млн. долл., вложенные Ford motor в провальный проект, были огромной суммой. Да и, наверное, потому, что вновь созданных с такой помпой автомарок в США тогда не было. Проект E-car, что значило «экспериментальная машина», родился в начале 50-х годов. Смысл его сводился к созданию в фордовской линейке марок нового бренда, который «фордом» уже не будет.

В тот момент внуком Генри-старшего, Генри Вторым продвигалась идея строительства второй «Дженерал моторс», а для этого нужно было резко поднять «фордовские» марки. Так, у Lincoln, Mercury и E-car появились не только свои дизайнеры, но и свои обособленные структурные подразделения (division).

По-хорошему Edsel родился не под тем именем и не под той звездой.
Даже в E-car читалось не очень оптимистическое «икар», а Эдсел Форд был и по жизни не очень счастлив. Мягкий и осторожный, он во всем слушался отца Генри Первого, будь то университет, в который он не пошел по настоянию Генри или работа, убившая его здоровье. Он умер рано, оставив на память марку Mercury. Забавно, но именно на открытом Edsel-Corsair, вспоминают, любил выехать в народ Фидель Кастро, явно назло Вашингтону. Именно такую машину команданте подарил в 1961 году Юрию Гагарину, побывавшему на острове. Согласно преданию, космонавт не рискнул использовать ее в Москве, и перепродал актеру – двойнику Сталина. Сегодня в мире осталось около 6000 тысяч «эдселов», которые, если на ходу, идут по несколько тысяч долларов за штуку. Справедливости ради, за «эдсел» не тянется ни шлефа громких аварий, ни провалов по качеству. Просто, это машина, с которой немного промахнулись.